Вера Игнатьевна Мухина родилась 19 июня (1 июля) 1889 года в Риге в семье потомственного купца, художника-любителя; детство провела в Феодосии. В трехлетнем возрасте лишилась матери, в 15-летнем — отца. Получила гимназическое образование (Феодосия, Курск), летом 1904 года путешествовала по Германии.
Училась в Москве живописи и рисунку у К. Юона (1908—1911), где началась ее многолетняя дружба с Л. Поповой, и у И. Машкова (1911); параллельно стала заниматься скульптурой. В результате несчастного случая, произошедшего в начале 1912 года, Мухина перенесла сложнейшую пластическую операцию и в качестве утешения была отпущена опекунами в Париж. В 1912—1914 годах училась у А. Бурделя в Académie de la Grande Chaumière, посещала академию «La Palette», а также школу Ф. Коларосси, где рисовала с натуры. Совершила поездку по Италии (1914). Ранние парижские скульптуры Мухиной — этюды фигур и портреты знакомых и близких — носят еще ученический характер.
В 1915—1916 годах она создает первое значительное скульптурное произведение — «Пьетá» (не сохранилось). Начиная с 1918 года, Мухина занимается монументальной скульптурой. Участвует в многочисленных конкурсах на создание памятников. Уже среди ранних ее проектов такие значительные символико-романтические композиции, как «Революция» (1919), «Пламя революции» (1922—1923), отличающиеся сочетанием кубизма с бурной экспрессией.
В 1925—1927 годах скульптор создает свои самые яркие станковые произведения: «Юлия», «Ветер», «Женский торс», «Крестьянка». Во всех четырех работах женский образ дан либо в бурном движении, либо внешне статично, но даже статика энергетически насыщена, а формы убедительны своей телесной красотой; фигуры полнокровны и лаконичны по исполнению. В те же годы Мухина стала преподавать в МВХПУ (1926—1927), Вхутеине (1927—1930).
Мухина обладала редкостным даром в области монументальной и монументально-декоративной скульптуры, однако ее возможности, в сущности, остались невостребованными. Первый монументальный проект ей удалось осуществить лишь в 1937 году; около 20 проектов так и не были реализованы.
Итак, в 1937 году на основе замысла архитектора Б. Иофана (две фигуры, поднимающие в небо символ «рабоче-крестьянского» государства) Мухина создала скульптурную группу «Рабочий и колхозница» для павильона СССР в Париже. Об этом произведении существуют два прямо противоположных мнения: одни видят в нем жизнеутверждающий шедевр, другие — проявление тоталитаризма и агрессивности в искусстве. На наш взгляд, оба мнения ошибочны. Работая в рамках официального заказа, Мухина создала вещь действительно монументальную, яркую, динамичную, светлую. За плакатно-политическим внешним обликом часто не замечают основного содержания — вневременной в внесоциальный образ молодости и устремления к труду. В скульптуре интересно решены формальные задачи соотношения вертикалей и горизонталей, художественного оправдания гигантских масштабов (то, что в дальнейшем не удавалось ни одному советскому скульптору), великолепно использована отражающая способность материала (хромоникелевая сталь). Группа «Рабочий и колхозница» после выставки в Париже была перевезена в Москву, но сделано это было настолько варварски, что автору пришлось воссоздавать ее фактически заново. Несмотря па протесты скульптора, композиция была смонтирована в Москве в неудачном месте и на низком постаменте, так что группа «не летит, а ползет», по замечанию Мухиной.
В эскизах декоративных скульптурных групп (1938) Для Москворецкого моста — «Море», «Земля», «Плодородие», «Хлеб» — у Мухиной неожиданно проступает стилистическая близость к ее учителю Бурделю, однако эти работы самостоятельны и конгениальны Бурделю по темпераменту, по полноте форм, по яркости фантазии. «Хлеб» (1939) — единственная осуществленная композиция — сочетает монументальность, лиризм и крепкую форму с остроумным решением, являясь, может быть, одним из наиболее личных произведений скульптора.
В 30—40-е годы она создает ряд скульптурных портретов.
Однако ее творчество не ограничивалось скульптурой. Первых удач она добилась в 1915—1916 годах в многочисленных рисунках и работах для театра. В эти годы она сближается с А. Экстер и делает эскизы для театральных костюмов и оформления нескольких неосуществленных постановок Камерного театра. Судя по сохранившимся эскизам, Мухина обладала ярким талантом театрального декоратора. В первой половине 20-х годов художница занимается также дизайном (этикетки, обложки, эскизы брошек и тканей, и т. д.) и совместно с известным модельером Н. Ламановой и А. Экстер — конструированием одежды. Эта работа принесла ей первый успех (Гран-при в Париже, 1925). В 1923—1930 годах Мухина работает как дизайнер выставок в СССР и Германии (выставка «Пресса», Кельн 1928; выставка пушнины, Лейпциг 1928—1930).
Творчество Мухиной было признано и отмечено наградами: Гран-при в Париже (1937), орден Трудового Красного Знамени (1938), Сталинские премии (1941, 1943, 1946, 1951, 1952), избрание действительным членом Академии художеств СССР, членом президиума АХ СССР (1947—1953). Однако в последние годы ей не удалось осуществить ни одного крупного замысла, а немногие станковые работы, созданные ею в промежутках между насыщенной общественной деятельностью, отмечены усталостью и носят все более холодно-академический характер. Свою тревогу по поводу победы бездушия в искусстве она пыталась донести до общественности в последнем выступлении в Академии художеств. Умерла В. М. Мухина 6 октября 1953 года в Москве.
Мухина была человеком ярким, самоотверженным и жизнелюбивым. В годы первой мировой войны она бескорыстно работала сестрой милосердия. У нее была семья: в 1918 году она вышла замуж за врача А. Замкова (1880—1942) в 1920 году родился сын. Когда в 1930 году муж был арестован и выслан в Воронеж, Мухина последовала за ним, оставив преподавательскую работу. Вернуться из ссылки помог М. Горький, высоко ценивший Мухину за созданное ею надгробие его сыну.
Будучи человеком прямым и искренним, Мухина избегала официозных портретов, отстаивала свои замыслы от вмешательства некомпетентных заказчиков до последней возможности. С годами она становилась все более замкнутой. На ее примере достаточно хорошо просматривается тернистый путь большого художника, видны его сложные взаимоотношения с властью, воспринимавшей искусство как орудие политической агитации. Мухину искренне увлекал выдвигаемый властью идеал равенства, здоровья, труда, но мы напрасно искали бы в ее жизни и творчестве одобрение насилия, развязанного под предлогом осуществления этого идеала.
